16 Окт »

Переориентация идейных основ французской исторической науки

Автор: | В категории: Послевоенное устройство мира
1 кол2 пара3 трояк4 хорошо5 отлично (Еще не оценили)
Загрузка...

События 1870 — 1871 гг. были значительным рубежом I истории Франции. Страна вышла побежденной из франко-прусской войны, подписав унизительный Франкфуртский мир и утратив господствующее положение в Европе. Французское общество пережевало огромное потрясение, связанное с Парижской Коммуной. Политическая обстановка характеризовалась неустойчивостью республиканского режима в стране, подвергавшегося нападкам со стороны монархистов, клерикалов и националистов. Вплоть до кош» века передовые силы вели борьбу за укрепление республики.

Призыв Фюстеля де Куланжа был поддержан видными историками Франции. «Задача Сореля, потом

[smszamok]

Лависса, Вандаля и многих других состояла в том, чтобы преобразовать национальное воспитание историей, лишенной сновидений, более близкой к неумолимой действительности». Таким образом, ставилась задача воспитания масс в духе национального единения на почве либеральных и республиканских ценностей посредством истории.

Для становления истории как действительной науки непременным условием, по мнению основателей было строгое соблюдение историками принципа беспристрастности. История должна быть изучена «сама по себе». Исторические события и исторические личности должны быть оценены только исходя из них самих, «а не из политических и религиозных симпатий и антипатий» историка Чтобы добиться этого, исследователь, по выражению Фюстеля де Куланжа, должен «абстрагироваться от самого себя». По мнению Г. Моно, историк должен помнить, что «его роль состоит в том, чтобы понять и объяснить прошлое, но не в том, чтобы отдать его напрокат или осудить». До сих пор Франция обладала лишь двумя категориями историков, писал Моно: «Обычно одни выступают адвокатами прошлого, проклиная всякое изменение, которое производил прогресс времен, и тратя бесплодные усилия для защиты того, что он разрушил; другие, напротив, становятся обвинителями прошлого, апологетами всех возмущений и революций, неспособными понять величие исчезнувшего; в их нетерпении идеал всегда в будущем. Настоящий историк тот, кто, поднимаясь над этими партиями, страстными и исключительными, рассматривает все, что законно в уме консерватора, учитывая непреодолимые требования движения и прогресса».

Исходя из принципов «научности» и «беспристрастности», историки, объединившиеся вокруг журнала, имели целью переписать заново историю своей страны. «Изучение прошлого Франции, которое будет главной частью вашей задачи, имеет сегодня „. национальную важность. Именно таким путем мы сможем вернуть нашей стране моральное единство и моральные силы, в которых она нуждается, дав возможность ей сразу узнать ее исторические традиции и понять те преобразования, которым они подверглись». Перспективы развития исторической науки были намечены в программной статье Габриэля Моно «О прогрессе исторических исследований во Франции с XVI века», в которой процесс изучения истории во Франции прослеживается параллельно таковому в Германии. Учитывая немецкий опыт, автор ставил задачу достижения профессионализации французской исторической науки.

Г. Моно после окончания Нормальной школы посетил в 1865 г. Германию и Италию, слушал лекции в Берлинском и Геттингенском университетах, изучил постановку исторического образования в этих странах, условия труда историков Германии. Она показалась ему «широкой исторической лабораторией, где все усилия сконцентрированы и скоординированы и ни одно усилие не потеряно».

Его поразила широта исторического движения в этой стране. Он пришел к выводу, что ни одна из стран не могла бы назвать столь большого числа историков, как Германия, похвастаться их прекрасной организацией, координацией их усилий на изучении общих проблем, разработкой методов исторического исследования. Одной из причин такого состояния исторической науки он считал «сильную организацию ее университетов». Действительно, с 30-х годов XIX в. в Германии существовала практика подготовки будущих исследователей методом исторических семинаров, которыми руководили крупнейшие историки, пропагандировавшие свое понимание задач и приемов исторического исследования среди молодых и. Видные историки создавали школы, готовя преемников и последователей своих научных взглядов. Например, Леопольд фон Ранке руководил историческим семинаром в Берлинском университете с 1834 г. в течение нескольких десятилетий. Он применил критический метод при анализе источников нового времени и пропагандировал его среди своих многочисленных учеников. Таким образом сложилась историческая школа Ранке, которая во второй половине XIX в. играла ведущую роль в европейской исторической науке.

Иным, по мнению Г. Моно, было положение в его стране. До 70-х годов XIX в. историю во Франции, кроме факультетов словесности, пребывающих, как и вообще университеты, в состоянии упадка, преподавали практически в двух учебных заведениях страны: Школе Хартий и Нормальной школе. В первой преподавание было специализированным, там готовили палеографов и архивистов. Школа Хартий воспитывала эрудитов, которым запрещались какие-либо обобщения, а исследования их «часто заключались в мелочах» «. В Нормальной школе, напротив, обучение было общим, она выпускала преподавателей средних школ. В течение трех лет ее ученики должны был» изучить всеобщую историю и географию и сдать экзамен для получения первой во Франции ученой степени — лиценциата. Нормальная школа выпускала «литераторов», по терминологии французских историков, т. е. людей, имеющих общие знания, но не имеющих навыков исторического исследования, «понятий о методе». Собственно историки-исследователи формировались самостоятельно. Таковыми становились отдельные выпускники вышеназванных школ.

Историки Франции «почти все самоучки», отмечал Г. Моно. Они не имеют учителей и не обучают учеников, нет и общего метода исторических исследований, навыков коллективного труда, общей научной дисциплины. Для обеспечения прогресса исторической науки во Франции, по мнению ученого, необходимо выполнение разработанной им программы. Последняя предусматривала организацию историков Франции по германскому образцу, тесную их взаимосвязь и солидарность в труде.

Важную роль в объединении историков Г. Моно отводил французским университетам, которые в результате реорганизации должны стать центрами, способными возглавить и направить историческое движение в стране, стать местом не только разработки проблем истории, но и формирования историков. Именно здесь, объединенные в коллективы, работающие над общей тематикой, они смогут получить навыки исследовательского труда, познать научные методы исторического творчества.

Анализируя причины высокой профессионализации исторической науки в Германии, Г. Моно подчеркивал и такой существенный момент: прекрасная организация германских историков дала им возможность проводить большую работу по отысканию, критической проверке и введению в научный оборот значительного количества документальных материалов. Именно с работы над документами, с их собирания, дроверки их достоверности, получения на их основе точных фактов с помощью суровых правил исторической критики начинает свою работу каждый германский историк. Только после такой работы он приходит к обобщению.

Программные требования журнала заключались в пропаганде принципов научного источниковедения, которое получило развитие в Германии с 30-х годов XIX в. Ведущие авторы журнала критиковали французских историков за пренебрежительное отношение к работе над документами. Этот недостаток присущ великим французским историкам XVIII — XIX вв. которые создали, пишет Г. Моно, конструкции, где истина смешивалась с неправдой, потому что они «не знали достаточно хорошо настоящей ценности и точного характера материалов, которые ставили себе на службу». Французские просветители больше доверяли источникам, позволявшим изобличать теологическое толкование истории, а историки романтической школы — документам, в которых события описаны наиболее ярко и красочно. Ученый, по мнению Г. Моно, должен оставлять «незаконченными те части здания, возможные формы которого могло смутно угадать лишь воображение». Труду историка должен предшествовать кропотливый труд эрудиции, т. е. труд тщательного собирания документов и проверки их истинности. Г. Моно с сожалением констатирует, что труды эрудиции, т. е. терпеливого собирания и критики документов, существуют, но не пользуются во Франции таким же уважением, как в Германии, ибо французы не оказывают уважения науке, если она лишена «очарования формы» 2. Кроме того, отмечает Г. Моно, «многие из знаменитых историков способствовали распространению презрительного отношения к изысканиям эрудиции, думая, что воображение, здравый смысл, некоторая доза философского ума и стиль необходимы прежде всего; эрудиты, со своей стороны, зачастую проявляли исключительное пренебрежение к литературной форме, неразумную неприязнь к общим идеям, в которых они желали видеть лишь фантазии и фразы, и с упорством занимались мелочами, деталями фактов, зачастую безынтересных.

Г. Моно указывает на опасность обобщений, широких априорных систем, выдуманных учеными, пытающимися с их помощью объяснить сложные явления исторического прошлого. В то же время он подчеркивает тот небольшой интерес, который представляет копание в мелочах прошлого, не ведущее ни к какому обобщению. Французские историки, если они желают поставить историческую науку своей страны на первое место в Европе, должны, по мнению основателей, преодолеть разрыв между «литературой и эрудицией». Для этого им необходимо понять ту истину, что «история должна быть объектом медленного и методического вторжения», историк должен продвигаться вперед «от частного к общему», последовательно осветить «все темные точки» и только после этого «на группах хорошо установленных фактов» вывести «общие идеи, поддающиеся испытанию и проверке» .

[/smszamok]

Г. Моно, как и другие историки XIX в., верил, что целью этого большого труда является поиск истины. Он был уверен в возможности ее познания благодаря достигнутому прогрессу в развитии наук, расцвету научных методов, которые снабдили историю прекрасными средствами для постижения истины. Развитость методов исторической критики позволила ей восстанавливать исторические, юридические, литературные тексты, которые не сохранились в оригинале, «Таким образом обеспеченная, вооруженная подобными инструментами, — отмечал Г. Моно, — история может со строгим методом и осторожной критикой если не раскрыть всегда полную истину,, то, по меньшей мере, точно определить в каждом случае достоверное, правдоподобное, сомнительное и ложное». Поиск истины провозглашал единственной целью исследований историков, объединившихся вокруг него, ибо считал, что история, преследующая только эту цель, «работает тайным и верным способом на могущество Родины и в то же время на прогресс человечества.

Сочинение! Обязательно сохрани - » Переориентация идейных основ французской исторической науки . Потом не будешь искать!


Всезнайкин блог © 2009-2015